Чт, 27 Июня, 2019
Липецк: +22° $ 62.91 71.60
Архив
Когда я приезжала на эту дачу, то забывала обо всем: на душе становилось светло и щемяще-нежно, независимо от погоды и времени года. В начале мая у самой калитки встречали поляны удивительно воздушных и легких альпийских цветов, никто уже не помнил их названия и как они здесь очутились – нежно-голубые, почти неземные, светились и как бы пульсировали от малейшего ветра.
Он приехал рано утром и спокойно сошел со ступенек поезда. Набрав полные легкие зимнего воздуха, не выдержал и улыбнулся – родина! Но тут же ноги его дрогнули, заскользили по обледенелому перрону сельской станции. Сергей Николаевич с горечью вспомнил, что умерла его мать, и поэтому он смог наконец-то навестить родную деревню Тужиловку, до которой оставалось пройти два километра.
У генерального директора ОАО «Старт» Анатолия Павловича Борисова пропала жена.

Утром, как обычно, дожевав бутерброд, Анатолий Павлович чмокнул Анну в мягкую розовую щеку, а она шутя поцеловала его в нос и обняла за широкие плечи, стараясь не касаться одетого мужа ладонями в муке.
Под осенним клёном за сбитым из тёса, потрескавшимся и посеревшим от дождей столом сидели напротив друг друга двое. Первый – однорукий худощавый пожилой мужчина в чёрных трусах, кирзовых сапогах на босу ногу, в морской тельняшке, поверх которой косо накинут замусоленный пиджак. Вторым был случайно зашедший в крайний от дороги деревенский двор видный парень лет двадцати пяти.
Ночь на третье января 1732 года выдалась для коменданта Петропавловской крепости полковника Ивана Петровича Колобашкина весьма беспокойной. После долгого Рождественского поста, накушавшись на ночь расстегаев и жирной кулебяки, а также отменно запеченного гуся с антоновкой, хрустящей квашеной капустой и кровавой клюковкой, он внезапно проснулся после полуночи и долго-долго ворочался.
Юрий, заболев, мечтал о том счастливом дне, когда он сможет, как совсем недавно, пройтись легкой и пружинистой походкой по пыльной улице села без этой острой боли в ногах – не опухших и не покрасневших. И будет, как и прежде, крутить с удовольствием баранку КамАЗа, весело здороваться с односельчанами, прогонит тоску из глаз. А пока…
В районную газету «Новая жизнь» в городе Бологое я перевёлся не только потому, что в связи с учёбой в университете пришла пора менять профессию, но также из-за пошатнувшегося после ранения здоровья. Стало повышаться давление, по ночам приезжала «скорая». Тогда я пошёл в спортзал, но после первой партии в волейбол закружилась голова, пошла носом кровь. И так несколько раз. Но я дал себе слово: не отступать, или пан, или пропал
– Не могу принять, Севостьяныч. Негде публиковать. Не тот формат, понимаешь...

Большая рука главреда опустилась на стопку листов бумаги в линеечку, будто припечатывая: ну не тот формат! И ничего не попишешь.

А писать-то хотелось...

Дед Ермолай виновато улыбнулся, пожал плечами и побрёл к выходу.
Снега метут в замшелый ельник,

На лики пал небесный свет,

Идет Рождественский сочельник,

В златые веси разодет.
Ползёт дорога вниз, в овраг,

И я по ней идти боюсь.

Не знаю, кто ты: друг иль враг?

Взлечу сейчас или споткнусь.
Минимум страха – максимум боли.

Из мазохизма плюю в эгоизм.

Полные вены отравлены кровью:

Жизнь – эвфемизм.
В сочельник снегом замело

Поля, дороги и деревни.

Куда ни глянь – белым-бело

И дремлет мир, как старец древний.

Вдоль провалившихся оград

Деревья – словно великаны:

Доспехи, рыцарский наряд,

Плащи, крахмальные воланы.
Порой мне кажется, что есть душа у снега.

Что снег живёт на небе рядом с Богом.

Что может жить он счастливо и долго,

А он всю жизнь глядит на человека.
купи мне что-нибудь из фруктов, или из сказок что-нибудь, мой дар – растягивать минуты, приняв за бренное – волшбу... приснится день и дым вокзальный и опустевшее депо, уборщица из Казахстана
За окном стемнело нынче рано,

Месяц в рясу жёлтую одет.

Голос близкий вдруг окликнул:

«Анна!»

Оглянулась – никого здесь нет.
Теме революции и Гражданской войны, коренных преобразований в стране в период построения социализма отдали дань в своем творчестве многие известные советские художники. Кто-то из них писал такие картины искреннее и по зову сердца, кто-то по зову партбилета, а кто-то и просто в угоду конъюнктуре.
Всегда тяжело писать о творчестве людей, с которыми лично знаком. Есть вероятность зацепить не тем словом, повесить ярлык, позволить себе досадную несправедливость. Но я все же попробую. В Липецке книги прозы, а особенно сборники рассказов и повестей, выходят нечасто, и критический взгляд на них крайне необходим, чтобы, так сказать, укрупнить и углубить событие.
Часто думаю: как мне повезло, что немалая часть моей творческой жизни (почти двадцать лет) была связана с «Ленинским знаменем». С редакцией липецкой областной партийной газеты, которая ныне носит название «Липецкая газета» и 6 января 2018 года отметит вековой юбилей.
Граф А. А. Орлов-Давыдов считался одним из крупнейших землевладельцев Российской империи. Тысячи десятин чернозема ему принадлежали и в тогдашнем Усманском уезде Тамбовской губернии. В июле 1918 года на базе графского хозяйства был организован первый совхоз «Петровский», давший позднее трех Героев Социалистического Труда, один из которых – директор И. П. Воловченко – стал министром сельского хозяйства СССР.
Была ли 100 лет назад у России альтернатива революции; почему у системы власти оказался столь низкий запас прочности; существовала ли сила, способная остановить большевиков; чем жила страна осенью 1917-го – на эти и другие вопросы отвечает доктор исторических наук, профессор Липецкого государственного педагогического университета Леонид ЗЕМЦОВ.
В четвертом номере за 2017 год  на страницах журнала дебютируют уже умудренный житейским опытом Игорь Семенов с главами из историко-приключенческого романа, а также юная студентка Виктория Арутюнян с очерком о людях современной деревни.
Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных