petrmost.lpgzt.ru - Литературные этюды Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
Литературные этюды 

Прямой репортаж

03.04.2017 Лидия ЯКИМОВА
// Литературные этюды

Тигра – вовсе не тигр, а пушистая трёхцветная кошка. Просто солнечно-оранжевые поперечные полоски на черном фоне послужили причиной для такого имечка. Тигра – плод удивительной любви и интересного воспитания. О воспитании позже. Сначала о любви. Мама Тигры – Кошка Дашка. И Кошка, и Дашка – это у неё такое двойное имя. Приобрела я её за горсть мелочи у одной знакомой. Котёночек был столь маленький, что на ночь его приходилось укладывать рядом с собой на подушку из-за опасения, что ненароком во сне раздавлю эту мелочь и не почувствую. Тем не менее до  своего последнего дня без спросу на постель Кошка Дашка ни лапкой, ни хвостом. Подойдёт и спросит, тихо, вежливо: «Мрр?» «Нет, – отвечаю, – идите, гуляйте». Гулять она, конечно, не уходит, садится рядом с кроватью и начинает вылизываться. Видимо, решает, что недостаточно чиста для постели. «Иди ложись», – говорю грозным голосом. Не верит в угрозу, прыгает, запевая на ходу. Сколь я не меняла интонации и фразы, обмануть её было невозможно, она знала речь. А уж о столе с мясными продуктами и мысли никогда не было, у неё, конечно, чтобы залезть и стащить что-то без спроса…  


Короче, из маленького котёночка выросла красивая благородная кошка. Совсем как у Александра Сергеевича: «…поднялась и расцвела: белолица, черноброва, нрава кроткого такого. И жених сыскался ей – королевич Елисей». Ну, белолица, черноброва – это не о ней. А вот королевич… И вправду – королевич. Когда подошла пора кошачьей любви, претендентов на сердце Дарьи оказалась тьма, тем более что все хозяйки в округе предпочитали котов. Хоть и ленивы, зато нет проблем с потомством и «концертами без заявок». Душераздирающие ночные вопли раздавались исключительно под нашими окнами и раздирали не столь душу, сколь мозги, не давая спать. А Кошка Дашка сидела на перилах крыльца и равнодушно взирала на претендентов руки, то есть лапы, и сердца. 


И тут-то появился «королевич Елисей». Пушистый ухоженный кот необычного серо-голубого окраса. С тех пор он регулярно наносил визиты в наши края – бывал дважды в год по причине любовной страсти. А уж как он узнавал о сроках – Бог весть. И дом его где-то далеко был, в ближайшей округе ни у кого такого кота не водилось. Но потом я стала его замечать всё чаще во дворе рядом с Кошкой Дашкой. Они мило грелись рядом на солнышке. А однажды утром я обнаружила его на кухне около гнезда с новорождёнными котятами. Кошка Дашка кормила потомство, вольготно развалившись, а папашка сидел рядом и, очевидно, наслаждался семейным уютом. Я громко возмутилась непрошенным вторжением, кот выскользнул в форточку, а Дашка сделала вид, что никого не видела.  


Всё это было тёплым летом приблизительно на третьем году взрослой Дашкиной жизни. За летом пришла осень, а серо-голубой красавчик всё здесь. Спал на чердаке, ел когда как, а иногда и никак. Потерял весь лоск. Как-то села я у окна, смотрю, а на одной из перекладин лестницы висит грязная тряпка. Откуда? Пригляделась получше, а это наш котик отдыхает. Грязный, шерсть свалялась, висит неопрятными патлами. От былого голубого блеска в сером дыму следа не осталось. Уши рваные. Какой там королевич – бомж.


А Дашка около меня вьётся. В тепле и заботе, только что закусила белым куриным мясом, которое она очень уважала. И – на подоконник, посидеть рядом с хозяйкой, что тоже очень любила. Не на коленях, а просто рядышком. Уляжется сфинксом, белоснежные лапки под грудку подвернёт, да и поёт себе, жмуря изумрудные очи. И в данный момент за окно не смотрит, хотя я ей и не поверила: небось, боковым зрением усекла милого, уж очень она изнежилась. Чуть не наизнанку вывернулась, ласкаясь. Зато кот – никакой жеманности. Увидел, встрепенулся, сбросил полную безнадёги и тоски позу мокрой половой тряпки и засиял. Я не преувеличиваю. На этой мокрой усатой физиономии слово «Счастье!!!» было написано аршинными буквами. Счастье только созерцать свою любимую. Пусть она там, в тепле, а он в холоде, под дождём, но… Я так его с тех пор зауважала за столь несвойственную большинству мужчин преданность и нежность, что окрестила Зятьком и стала подкармливать.


А весной подхватил мой Зятёк где-то иксодовых клещей. Шкурка стала как молью побитая. И заразил Дашку. Её-то я, конечно, лечила, но толку не было. Видимо, шло постоянное заражение. 


В последнем помёте у этой парочки и появились Тигра и кот ЭмКа. Не московский комсомолец, а Маленький Кошак.


Котята уже бегали, мне очень не хотелось, чтобы и их заразила Дашка. Каюсь, ругалась на неё, прогоняла. Однажды она пришла с улицы, такая виноватая, несчастная, больная. Я дала ей большую горсть мясного фарша. Она так по-человечески ахнула, посмотрела на меня с благодарностью и, глядя прямо в глаза, мяукнула. Я думала, что благодарит, а она… прощалась. Выпрыгнула в окно и, не оглядываясь, медленно пошла по дорожке. Дашка шла к сараю, а Зятёк – следом. Так они и ушли вдвоём – навсегда...


У моей дочери был-жил кот Сашка. Детство у него было тяжёлым, так как родился он в доме, где кошек содержат в основном для ловли мышей и не приветствуют никаких ласк и излишеств, поэтому и провёл он свои младые годы в доме – под ванной, а в основном – на улице. Дочь вытащила кота на свет божий из-под ванны, выпросила и поселила у себя. В благодарность за ласку и полноценное питание Сашка сначала перевёл всех мышей в доме. Надо сказать, что предыдущие хозяева, жившие в этом домике, относились к мышиному царству весьма лояльно. Мышиные испражнения дочь, переселяясь туда, выгребала чуть ли не лопатой, а наглость и безнаказанность серых грызунов не знали границ. Например, когда ночью мышь запрыгнула на постель и дочка хотела её прогнать, мышка, до глубины души оскорблённая таким приёмом, её укусила.


Очистив дом, Сашка принялся за огородных жителей норок. Этих он уже есть не мог, а просто душил и складывал в кучки на нейтральной полосе. Чтобы долго их не выслеживать, он выбрал для охоты чистый участок двора между огородом и домом. Когда мышки, почуяв приближение зимы, начали исход в «тёплые края», то есть под крышу дома, Сашка установил «зону перехвата», где и укладывал их кучками на вечный покой. Сведя мышиное царство к нулю, Сашка занялся самоутверждением. В боях с соседскими котами он даже клыки потерял, не говоря уж о клоках шерсти. Лечили и рваные раны, и сломанный хвост, и сильно ушибленные крысиным капканом задние лапки. Но поставил себя так, что соседские коты и к забору близко не подходили, не то, чтобы сунуть нос на Сашкину территорию. Почти десятилетняя деятельная жизнь не прошла бесследно. Состарился Сашка, одряхлел. И тут – нате вам, хозяйка приносит бог знает что! Бело-чёрно-рыжий комочек, который без устали скачет, ко всем пристаёт, а главное – к нему, к Сашке. Сначала он взирал на Тигру с ужасом, стараясь залезть куда-нибудь, где бы  его оставили в покое. Поняв, что спасения от этой проныры нет, занялся вплотную её воспитанием. Сначала он, выкупая своё спокойствие, начал приносить ей мышей, затем показал ход на свободу через форточку, совершенно спокойно открывая задвижку изнутри. А там, по всей видимости, обучал охране своих владений. Во всяком случае, виртуозно ругаться, то есть рычать, она научилась у Сашки.


Когда же Тигра вошла в возраст невесты, дочь стала потчевать её противозачаточными таблетками, поэтому первый и единственный котёнок у неё родился больным: непомерно большая голова, задние лапки не двигались, но Тигре он нравился. Она без конца его ласкала, вылизывала и пела песни. Стоило же ей отойти на шаг от гнезда, как котёнок начинал отчаянно пищать, что, несомненно, мамашу нервировало, тем более что отходила она от своего ненаглядного ребёночка исключительно в силу необходимости, например, перекусить. Она торопливо глотала куски под аккомпанемент  плача своего дитяти. А так как по-другому она не была научена, то и  приходилось грозно рычать на нытика между двумя глотками, мол, замолкни, дай спокойно поесть. Поэтому, когда его не стало, она не просто горевала и тосковала по своему котёнку, она раскаивалась, что позволяла себе на него ругаться. 


Сколько ни тоскуй, сколько ни кайся, сколько ни бегай по всем закоулкам, а котёнка нет. И тут Тигра решила, что котёнок как-то вот так, неизвестно как, быстренько вырос и превратился в Алёнку, мою восьмилетнюю внучку. Всю свою нерастраченную материнскую любовь она перенесла на человеческое дитя. Стоило Алёнке запищать, подражая котёнку, Тигра неслась со всех ног, где бы она ни была и чем бы не занималась, и начинала  успокаивать: вылизывать, муркать, мол, всё хорошо, мама с тобой и никому в обиду не даст. Если этот противный «котёнок» продолжал вопить, то Тигра укладывалась девочке на шею и лицо, начинала усиленно петь, но ни разу не позволила себе на неё рыкнуть. Что значит – ум!


Когда дочь с внучкой вернулись в отчий дом, Тигру, конечно же, взяли с собой. Она моментально всё обследовала и чётко установила границы, где ваше, где наше. Обе половины дома соединены общей верандой, но даже здесь она ухитрилась провести границу. Вступившего на их половину Тигра встречала злобным рыком. Правда, меня она ругала не очень, быстренько выяснив, кто тут главный по мясу.


В дневное время за соблюдением границ в доме Тигра не следила, очевидно, решив, что при солнечном свете большой опасности мы не представляем. Но любое вторжение извне пресекала в корне и днём. Короче, взяла на себя функцию сторожевого пса. 


Однажды мы с ней убирали перед домом. Я выпалывала сорняки, а Тигра, с самым независимым видом усевшись поблизости, высматривала опасность, мне угрожающую. Во всяком случае вид у кошки, сидящей на земле и вертящей головой во все стороны, был именно такой.


К нашему дому с возвышенной проезжей части ведёт спуск. И тут «кто-то с горочки спустился». Оказалось, мужик с овчаркой. Здоровенная ухоженная псина гордо шествовала, как пришитая, около левой ноги  хозяина, не обращая ни на кого внимания. Но представшая её глазам картина оказалась выше дрессировки.  Овчарка к Тигре, Тигра на берёзу. Овчарка торжествует с победным лаем. Но, повинуясь грозному приказу хозяина, покорно идёт к ноге. В то же мгновение бело-рыже-чёрная молния по длинной дуге летит с берёзы и  вцепляется овчарке в загривок. Собака, взвыв и рванув поводок из рук хозяина, в ужасе несётся куда глаза глядят! Проскакав на собачьем загривке полквартала, Тигра с невозмутимым видом возвращается назад. А до меня ещё какое-то время  доносится отдалённый собачий визг и – более близкий – хозяйский мат. 


Это, так сказать, прелюдия к основной истории. Характеристика этой удивительной кошки, с экскурсом в родословную, детские годы и молодость.    К ней надо добавить ещё одну удивительную вещь. Как только у Тигры начиналась течка, она сама просила у хозяйки противозачаточную таблетку. Подходила к дочери и обхватывала лапами её ногу. Причём брала таблетку из рук безо всяких мясо-рыбных обманок, разгрызала и съедала. Диво. Наши знакомые, которые уже видели эту картину, и те, которые только об этом слышали, просили обязательно им сообщить о процедуре. То ли своим глазам не верили, то ли уж очень интересно было снова взглянуть на столь необычное поведение животного.


12 июня – праздник, а у меня – двойной: день рождения. Ко мне приехали друзья Люся и Гера. С Люсей я дружу со школьной скамьи. А дочь с внучкой отбыли на фестиваль бардовской песни в соседнюю область. В первый раз. Просто поехали на «Рамонский родник» многие их друзья и знакомые, пригласили и их. Они решили тоже побывать, людей посмотреть, ведь бардовскую песню обе любят и знают.


…Когда многочисленные гости разошлись, мы  вчетвером перебрались на кухню подальше от комаров. Давно не виделись, есть о чём поговорить. И тут появилась Тигра. Какая-то очень возбуждённая. Начала мяукать, при этом ещё и поставила лапки мне на колени, заглядывает в лицо, чего отродясь с ней не случалось. Я, конечно, очень удивилась столь необычному поведению всегда  загадочно-сдержанной, знающей себе цену, самовлюблённой кошки, но решила, что она просто очень сильно проголодалась. И никоим образом не связала это с отъездом Ани и Алёнки, так как они довольно часто куда-нибудь уезжают. Во время их отлучек Тигра не только не мяучит, заглядывая мне в глаза, а и вообще сюда не появляется, спокойно занимаясь своими кошачьими делами. Кошачий корм у неё всегда насыпан, особым нахальством в выпрашивании мяса она не отличалась, поэтому я и решила, что она очень-очень голодна. Предложенную еду она, конечно, съела, но затем стала мяукать ещё громче, метаться от одного к другому, становиться на задние лапки, опираясь кому-то на колени, словно что-то просит или рассказывает. Мы  все пытаемся её успокоить. Она даже некоторое время позволяет себя подержать на руках, чего раньше никогда не допускала с чужими. А потом снова принимается за своё.


– Да она же рожает! – догадался муж…


Мы кинулись ей гнездо устраивать, усиленно кормить, чтобы были силы рожать. Ест она с удовольствием, а вот из коробки упорно выпрыгивает. Четыре взрослых дурачка стоят на четвереньках вокруг обеденного стола и усиленно запихивают кошку в устроенное под ним гнездо для родов, откуда она не менее упорно выбирается. Что ещё надо? Сыта, место приготовлено, рожай себе на здоровье! Так нет. Но мяукать, заглядывая в глаза, продолжает.  Тут Люся, завзятая кошатница, обследовав её живот, объявляет, что никакой беременности нет и в помине. Тогда что же? Заболела? Судя по аппетиту – нет. И тут-то у меня появилась тревога: неужели что-то случилось с Аней и Алёнкой? И кошка это чувствует? Начали звонить. Абонент недоступен. Естественно, я в шоке, меня успокаивают, Тигра слушает. Потом выпрыгивает в окно на ту самую лестницу, на которой когда-то мокрой тряпкой висел её папашка. И с лестницы опять начинает мяукать, глядя на нас через форточку. Рядом с форточкой сидит Гера, он начинает её уговаривать, чтобы шла она гулять и не мешала людям. Тигра послушно поднимается на крышу. Ну, вроде всё успокоилось, можно и расслабиться. Не тут-то было! Кошка снова у форточки со своими воплями. Гера начинает прикалываться:


– Да я не кот, ты меня с кем-то спутала. Да я и в форточку не пролезу. Нет, нет, не уговаривай, не люблю свиданий на крыше. И т. д. и т. п. в течение разиков пяти-шести. После чего Тигра плюнула (это мы теперь так полагаем) на бестолочей и удалилась на какое-то время. Появилась она вновь, когда уже стемнело. Вид, как всегда, гордый и невозмутимый, ни малейшего следа предыдущего возбуждения. Даже слишком гордый и довольный. В форточке она задержалась, всех осмотрела и муркнула, вроде как привет послала честной компании. После чего начала тщательно вылизываться. Потом подошла ко мне, опять поставила лапки на колени и коротко, вовсе не тревожно, как раньше, мяукнула. Я её подхватила на руки, но она тут же увернулась от ласк, спрыгнула и направилась на свою половину. И опять же не так, как всегда: несколько раз оглянулась на меня, словно приглашая следовать за собой. Я и пошла. Открыла ей дверь в их комнаты. Тигра с довольным видом запрыгнула на Алёнкину кровать, покаталась на ней и запела, хотя я её и не гладила. На кухне царило облегчение и бурное обсуждение поведения кошки.


– Это она что-то съела, – подвел итог Гера своей любимой шуткой. 


Но я никак не могла успокоиться. Конечно, уехали дети не в глухую тайгу и далеко не в беспомощном одиночестве. Конечно, там дежурит и милиция, и скорая помощь. Конечно, наиболее опасна дорога, а с момента отъезда прошло уже много времени, если что – давно б сообщили. Но тревога, раз поселившись, уже не отпускала. Ночь я не спала, и, хотя старалась не подавать вида, моя тревога передалась друзьям, так что утром они собрались в обратный путь с заездом в Рамонь, чтобы всё узнать и успокоить меня, да и самим успокоиться.     


Когда раздался долгожданный телефонный звонок, то первыми словами Люси были:


– Прямой репортаж! Лида, ведь кошка вела для нас вчера прямой репортаж с места событий! А мы-то, дураки, рожать её заставляли... Алёнка Гран-при взяла!!! Вон ей его сейчас вручают.


А дальше опять о кошке:


– Ты представляешь, у вас низина, телефон не берёт. Она же Герку на крышу звала, оттуда можно было бы дозвониться. Ты вспомни, как она волновалась! А потом как радовалась! Она ведь первая знала о решении жюри! Даже вперёд Ани с Алёнкой. Результат-то только что объявили, а Тигра, ты вспомни, тебе его сообщила ночью, как раз после заседания комиссии. Она волновалась, когда Алёнка выступала, а затем торжествовала, когда узнала решение жюри!


Анализ кошачьего поведения продолжался ещё долго, моих друзей очень поразило произошедшее, чему они были очевидцами.  Я уже говорила, что Люся – кошатница. У неё с её кошками фантастическая связь, теснейшее и точнейшее взаимопонимание! Но этот случай потряс даже её…


 Нельзя сказать, что я не знала того, что внучка хорошо поёт. Да и как ей не петь, если и дочери, и внучке дед передал свой талант, а деда в своё время звали усманским Робертино Лоретти. Просто первый раз в жизни попав на огромный – 15 тысяч народу – бардовский фестиваль, дочь с внучкой выступать и  не собирались. Решение участвовать в конкурсе было принято уже там, на месте. Песню Сергея Никитина «Птицелов» Алёнка выучила давно, но пела редко – уж очень она сложна для исполнения. Поэтому на фестивале никто не смог ей подыграть, пришлось петь без музыкального сопровождения. К тому же исполнительнице было всего-навсего девять годочков. Результат не потряс только Тигру... Она, конечно, волновалась, но, как я теперь понимаю, из-за нас. Мол, сидят пеньки пеньками и знать ничего не знают. А в своём любимом котёнке Алёнке Тигра была уверена на сто процентов. 


… Какая-то сволочь сбила нашу Тигрочку машиной. Сбила так, что переломано было всё. Но всё-таки с дороги Тигра как-то доползла до окна Аленкиной комнаты и под ним умерла.


Говорят, что кошки пришли на Землю с Сириуса. И туда же возвращаются их души. Надеюсь, что Тигрина душа радуется за своего Котёнка, который после такого замечательного старта уверенно завоёвывает призовые места уже на других конкурсах и фестивалях.

Загрузка комментариев к новости.....
№ 1, 2017 год
Авторизация 
  Вверх