Сб, 19 Октября, 2019
Липецк: +10° $ 64.22 70.73

Александра Тамбовская. «Там, на дальнем берегу…»

09.10.2019 09:57:50
Александра Тамбовская. «Там, на дальнем берегу…»

***

Когда облетает торжественный сад,

И думы, как птицы, стремятся назад,

Туда, где мы молоды были;

Когда в неизвестность зовут поезда,

Когда появляется в небе звезда

И шепчет прекрасные были;


Когда неуютен домашний уют,

Когда неземные гитары поют

О том, что ничто не вернётся;

Когда твоя память светла и тепла,

Ещё не хлебнувши ни горя, ни зла,

Как мама, стоит у колодца;

Когда тебе снова четырнадцать лет,

И кажется принцем Володька-сосед,

И ноги несут к приключеньям;

Когда ещё нет горизонта в огне,

А есть только Пушкин, рябина в окне

И чай с духовитым печеньем…

Когда уже знаешь дороги потерь

И ты осторожнее стала теперь,

Хоть в целом дела и неплохи;

Когда отправляешь обиды на слом –

Уже наготове стоят за углом

Бухгалтеры строгой эпохи.

И снова напомнят, что время течёт,

И снова отметят твой каждый просчёт,

Не всё ведь взошло среди пашен.

И ты понимаешь, что старый кредит

Ещё не исчерпан, и сердце болит,

И долг твой ещё не погашен.

***

Кружится, кружится листьев цветастая стая.

Стала светлее и тоньше усталая просинь.

Это прощается пылкое лето, я знаю,

И на подходе туманная, грустная осень.


Снова рябины тяжёлым наполнены соком.

Реки становятся глубже и дрожью объяты.

Время мечтаний о светлом, большом и высоком.

Тёплый сентябрь. Полыхают костры и закаты.


Царственно скромны вальяжные, томные груши.

Дыни лежат на столе, словно золота слитки.

Двери распахнуты настежь, и дали, и души.

Что же всё плачут далёкие тонкие скрипки?..

***

Это было в прошлом веке,

Я была там феей юной.

Мои замки смыли реки,

Мои розы ветер сдунул.


И теперь я, как Тортила,

Хоть умна, но не прелестна.

Потому что даль – остыла,

Потому что ширь – известна.


Все задачки разрешимы,

Все дела мои початы.

А хотелось бы – ошибок

Иль хотя бы опечаток.


…Мне удачи плыли в руки,

Но была я так наивна.

Попадались в сети щуки,

А хотелось бы – налима.


Улетели мои эльфы,

Бродят фавны у подъезда,

И мечтать о прошлом веке

Мудрено и бесполезно.


И следов романтик этих

Не рассмотришь даже с лупой.

Ах, какой же в прошлом веке

Я была прекрасно-глупой!

ЗАЛЁТНАЯ ПТИЦА

Дымок горьковатый над зябким перроном рассеян;

Листва, кувыркаясь, бежит в никуда по откосам.

Ваш поезд нацелен на запад, мой поезд – на север.

Какая потеря – безмолвное наше знакомство!


Вокзальное счастье легко, мимолётно и зыбко,

Цветастый народ – ненадёжный, кочующий табор.

Зачем же мерцает так бережно Ваша улыбка,

Как странная птица, случайно влетевшая в тамбур?


Усталое солнце забыло о призрачном лете,

И с губ не сорвётся прекрасное нужное слово.

Наверное, кто-то умеет ловить сказку в сети,

Но мне не достался весёлый талант птицелова.


…Опять замелькают огни светофоров и станций,

Костры полевые поманят к себе и умчатся.

Останься со мною, залётная птица! Останься

На ветке судьбы моей хрупкой надеждой качаться.


Вы смотрите нежно и грустно, ведь нет переправы.

Мой поезд отходит налево, Ваш поезд – направо.

Меж нами чугунные реки с тоской ледяною,

А птица – витает в окне и летит всё за мною…

***

Там, на дальнем берегу,

Ходят кони на лугу,

Пляшут звёзды на бегу,

В рай открыта дверь.

Там, на дальнем берегу,

Всё сумею, всё смогу,

Но на дальнем берегу

Нет меня теперь.


И тебя там тоже нет.

Там остался только свет

Наших радостей и бед

И небесных сил.

Там, на дальнем берегу,

Утонуло всё в снегу,

И былое – ни гу-гу,

Берег нас забыл.


Так зачем же я иду

По реке, по снам, по льду?

Ничего ведь не найду,

Оборвалась нить.

А иду я потому,

Что неведомо уму,

Чем живёт душа… Кому

Петь ей и грустить.

ЯРЛУКОВСКИЙ МОТИВ

Край сосен и песков, и нежный, и суровый,

Где запах чабреца и вспаханной земли,

Где бродят по лугам священные коровы,

Гудят, как самолёты, волшебные шмели.


Где плещут караси у старой переправы,

Где песнями войны пленяет клуб-барак,

Где, проводив мужей, не плачут Ярославны,

А пестуют в полях картофель и бурак…


Теперь ты стал иным, мой край степных ромашек.

Осанист магазин, и храм красив, как Бог.

И даже флаг – другой – приветливо мне машет:

Над новой школой, там, где цвёл чертополох.


Схватив велосипед, я мчалась вдоль заборов.

Казалось мне село неведомо-большим.

Был каменный карьер – Уральские мне горы,

А незнакомый двор, как Иерусалим.


Я обожала всё: больных дерев наросты,

Кладбищенскую жуть (когда бежишь в ночи).

О, где же ты теперь, восторженный подросток?

Откуда шлёшь ты мне очей своих лучи?..


Иные времена, иная в небе птица,

Иной бурлит народ в пылу иных сует.

И мамы больше нет… А мне всё мнится, мнится,

Что вот она прошла к колодцу прошлых лет.

ДЕРЕВЕНСКАЯ РОССИЯ

Там, где плакал и пел Есенин,

И Рубцов залечивал раны,

Бродит синий ветер осенний,

И стоят полевые храмы.


Храмы, сотканные из колосьев,

Из цветастого поднебесья,

Да из птичьего многоголосья,

Да из юного светлелось.


В шаль цветастую даль одета.

Облаков танцующих стая.

Где б ты ни был – почувствуй: где-то

Есть родимая Русь Степная.


Ты ругал её бездорожье,

Продавал мечты и пожитки,

А она, словно Матерь Божья,

Снова ждёт тебя у калитки.


О, Россия богов и песен!

Нет порухи твоим палатам.

Твои храмы и твои веси

Не измерить рублём и златом.


Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных