Вт, 30 Ноября, 2021
Липецк: -2° $ 72.60 82.26

Алёна Грохольская. Мой ковчег

22.10.2021 08:05:43
Алёна Грохольская. Мой ковчег

Записки провинциалки

В ТОТ ГОД Я СТАЛА ВЗРОСЛОЙ…

Осень! Для кого-то – горячая пора, момент сбора урожая, заготовок на зиму. Детки пошли в школу, их жизнь забурлила новыми знаниями и впечатлениями. А для меня осень – время воспоминаний. Мне кажется, что все это было в другой жизни, но происходило все же со мной.

Моя семья часто переезжала, так как отец был кадровым военным. Он служил то посреди пустыни в каракалпакском поселке Жаслык, то на севере страны в городке Мирный на космодроме Плесецк. Когда он ушел на пенсию, родители решили найти нейтральную зону, где не было бы столько песка или снега. И нашли, где песок со снегом превращается в грязь. Приехали мы в город L, когда мне было 14 лет. Самый переходный-препереходный возраст.

Я попала в странный город, где вроде тепло и зелено, но вся атмосфера его, казалось, была пропитана непроходимой агрессивностью. Раньше мы жили в маленьких городках, люди в них, в своем большинстве, знали друг друга и были радушными и общительными. Пребывали они там почти в равных условиях, как в советское время. Я скучаю по детству, когда каждая эмоция имела свой, присущий только ей, цвет. И вот я оказалась в городе, где люди были разными: богатыми и бедными, красивыми и страшными, злыми и очень маленькая их часть добрыми.

Так получилось, что мои родители не любили друг друга (не знаю, случилось ли это сразу или потом, но семьей мы считались чисто номинально). Им было наплевать на всех, кроме самих себя. Каждый из них жил своей собственной жизнью, и, конечно, их мало интересовало, чего хотят собственные дети. Детей, кстати, у них было трое – я и две моих маленьких сестры. Вы возразите, что без любви столько детей не появилось бы на свет. Но никто и не говорил, что они вообще не любили, они не любили друг друга.

Жизнь их складывалась очень «весело». У матери долгие годы имелся на стороне любовник, от которого она родила двух моих сестренок. Отец знал об этом и пил, и бил ее. До сих пор не пойму, что их держало вместе, но мы продолжали жить подобным образом долгие годы. И поверьте мне, я думала, что все семьи живут именно так. Но желания быть вместе у них с годами становилось все меньше и меньше.

Когда начался развал страны, квартира, обещанная бывшим военным, превратилась в бумажку с копеечным номиналом, который был быстро потрачен на съемное жилье. И в какой-то момент мы оказались бездом-ными. Отец пошел работать в строительную организацию, строившую дома в деревнях. И вот, когда я думала, что хуже уже быть не может, мы переехали в деревню.

Вы скажете, вот же она, мечта многих – свой дом, и уже скоро все должно измениться в лучшую сторону. Но увы! К своим семнадцати годам, окончив профтехучилище и став поваром-кондитером, хотя моей мечтой было получить образование в судостроительном институте и строить корабли, я попала в недостроенный дом, где были только голые стены с наскоро сработанной крышей. Стояла поздняя осень, земляные полы были влажными от сырости. В доме не было ничего! Ни отопления, ни воды, ни элементарных удобств, только электричество. Все время мы ходили в теплой одежде.

Как мы пережили ту зиму, знает только Бог! В одной комнате мы сидели вокруг единственного обогревателя, накрытого одеялами. Казалось, что зима не закончится никогда. В тот год не было ни Деда Мороза, ни подарков, ни Нового года, а было холодно и голодно. Весна пришла дождливой и смыла все следы, но не из моей памяти. Я плакала каждый день (прибавляла сырости, как мне говорили). Летом стало легче, мы посадили огород и стали достраивать дом. Я не знала, как сложится моя судьба дальше, и делала все, что мне скажут, чтобы помочь нашей семье. Так я стала взрослой…

ФЕРМЕРСКИЕ БУДНИ

В моем возрасте в то время все ехали, бежали и ползли по направлению к городу. Ну, а я, вечная жертва (вполне возможно даже аборта), почему-то послушала свою мать и перебралась после училища (так и не став выдающимся мастером по чистке картофеля) в деревню. Наверное, все было бы не так уж плохо, но мать вдруг почувствовала в себе странные порывы (может быть, какой-то голос с небес ее к этому призвал?). И вот она, как Ной, решила завести каждой твари по паре. Только потопа не ожидалось, и ковчегом оказался наш недостроенный дом. Одухотворенная этой феерической идеей, мать решила побыстрее осуществить свой замысел, и в скором времени у нас во дворе ходили очень странные птицы и животные. Я в детстве несколько раз была в зоопарке, но и там таких видеть не доводилось.

Так я узнала, что в природе существуют индоутки. Как вы догадались из названия, это утка, скрещенная с индюком. Зрелище не для слабонервных – странного размера и окраса птица с вываленными наружу мозгами. Простые куры тоже были, с безумным петухом во главе (видно, его тонкая психика не выдержала такого соседства, и он свихнулся в конечном счете). Однако сначала хотел со всеми скреститься, ну прямо как те индоутки. А когда у него эта затея не удалась, он просто бегал по двору и кукарекал, как-будто сам себя в задницу клюнул.

Были также просто утки, как оказалось, дикие. Отожравшись у нас за лето, они благополучно улетели осенью в теплые края. Правда, нужно отдать им должное: эти неблагодарные сволочи, улетая, сделали прощальный круг над нашим домом и еще несколько лет залетали к нам на пруд передохнуть и поностальгировать о халявной кормежке. Так как у меня не было двустволки, я не могла их достойно поприветствовать и лишь печально провожала отборными матюками. Были еще гуси, эти птицы вообще странные, к себе не подпускали и больно щипались. Они очень любили свежие овощи и не только на нашем огороде, но и на соседних. Конечно же, разбираться за съеденные помидоры соседи приходили ко мне.

Потом у нас появилась пара пуховых коз. Не ведаю до сих пор, кто их должен был чесать и вязать пуховые изделия? Я просто не успела этого узнать! Наш козел оказался очень прытким и удушился на собственном поводке. Никто даже не догадался, что ему нужен ошейник. С какой веревкой на шее его купили, на той и удушился. Его жену или невесту не стали оставлять долго горевать в одиночестве и вскорости зарезали. Подобное зрелище я наблюдала впервые в жизни, шоковых впечатлений в то лето у меня случилась целая гора. Правда, эта мелкая неудача не остановила мою безумную мать. И она купила хрячка. Не знаю, есть ли у этих тварей породы, но наш оказался навозным. Он производил столько говна за день! С горем пополам мы выкормили его в приличного размера свина.

И что же мать потом сделала? Сдала его, конечно же, за деньги. А вот с деньгами? Все проблемы, связанные с домом, матери показались незначительными, и она решила провести на нашу фазенду телефон. В деревню проникала цивилизация, и она хотела быть первой в очереди за прогрессом. Правда, звонить было особо некому, в городе жил только ее брат, который упорно не хотел с нами общаться даже по телефону. Между тем, сами мы тогда жили, можно сказать, как первобытные люди. За водой ходили на колодец, вырытый в земле, нужду справляли в будке за домом, которую построил отец перед тем, как уйти из семьи. Через пару месяцев ее наклонило набок, и мы с опаской думали, как бы ни завалиться вместе с ней в самый неподходящий момент.

Тем не менее, первоочередной задачей оказалась телефонизация. Покончив с ней, мать решила, что за свина мы срубили прямо-таки дармовые деньги, и наше призвание – быть фермерами. За какую-то незначительную мзду не очень молодой сосед построил нам сарай. Точнее сказать, слепил из того, что было. Что, как посчитали, не нужно для дома, стало нужно для сарая. И теперь у наших тварей появился свой отдельный дом. В скором времени там поселилась хозяйка, очень симпатичная свинка, а затем десятеро поросят.

Поросята были малюсенькие и миленькие, они тыкались своими розовыми пятачками мамке в сиськи. Это умиляло до поры до времени, пока не оказалось, что жрать они хотели постоянно и так усосали свою мать, что ее качало из стороны в сторону. Не просто выдержать, когда тебя сосут десять поросят одновременно и постоянно! Я больше не могла видеть, как свинка (кстати, я назвала ее Фаня) мучается, и отселила ее от них подальше.

Однако свиньями не ограничилось прибавление нашего ковчежного семейства. У нас появилась самая красивая козочка на деревне. Ее звали Зинаида, и она имела очень строптивый и дерзкий нрав. Ей совсем не нравилось, что мимо нее проходят люди, она банально сажала их на свои острые рога (в прямом смысле). Наша соседка надолго запомнила эти ощущения и синяк во всю задницу. Но мы с моей Зинкой были неразлучные подружки! Я принимала у нее роды, это тоже по-своему очень впечатляющее зрелище. Так у нас прибавились козочка Даша и козленок Яша.

Конечно же, моей матери показалось, что ковчег имеет неполный состав, и она приобрела бычка. Такой коричневый колобок на ножках с теплым слюнявым носом и шершавым языком. И в результате я очень полюбила свое фермерское хозяйство.

Нормальной работы на тот момент не было совсем, и мы с матерью подрабатывали на току. Просеяв зерно, мы с ней на пару воровали его, бывало, что по мешку в день. Мы не были воровками в законе, просто наша скотина хотела есть. Была еще одна очень интересная подработка: мы тяпали сахарную свеклу на площади от трех до пяти гектаров. Если кто забыл, в гектаре 10 000 квадратных метров… Осенью мы эту свеклу чистили. Как это происходило, не буду вдаваться в подробности. Но самое приятное было получать за сданную свеклу сахар. Бывало, что с пяти га нам доставалось мешков десять. Конечно же, нам столько сахара было не съесть, и я гнала самогон. Сколько законов я нарушила, пока жила в деревне, надо будет как-нибудь посчитать на досуге. Но самогон являлся местной валютой, за него вспахивали огород и много чего еще делали.

Благодаря самогону в моем хозяйстве появились кролики, такие милые существа, с рук не хотелось спускать. Правда, их время от времени предлагали зарезать, но я была категорически против такого зверства. Скоро они у меня размножились (ведь все в курсе, с какой скоростью они это делают) до трехсот штук. Пришлось выпустить их на свободу. Я думаю, что и по сей день где-то в деревне бегают потомки моих кроликов.

Так как живность ела-пила почти круглые сутки, а воду мы все еще таскали из колодца, приходилось приносить по десять ведер в день зимой и летом. Прошел год, и мой бычок Борька подрос, но его нос оставался все таким же теплым и сопливым. Каждое утро, выходя на луг попастись, он тыкал меня им в бок, а потом вприпрыжку мчался куда глаза глядят. Приходилось ждать, пока он нагоняется по лугу. На шее у него была закреплена цепь, потому что ни одна веревка не выдержала бы такой мощи. И как-то раз эта цепь обмоталась мне вокруг голени, а он помчался, как всегда. Сколько метров он меня протащил, сосчитать не успела, но синяки по всему телу проходили не один месяц. Но я не могла на него долго злиться, ведь он был еще подростком. К концу лета нам пришлось расстаться, и это было не мое решение. Будь на то моя воля, каждое из домашних животных умерло бы только своей смертью. Вот почему нельзя их называть по имени, они и так очень милые, а с именем становятся еще родней. А когда теряешь родное существо, сами понимаете. Никогда не привязывайтесь к скотине, если уж вам доведется ее растить! На средства от продажи бычка мы провели в дом воду. Цивилизация, блин.

Мои поросятки тоже подросли, и троих я продала соседке. Но через сутки та принесла их мертвыми и сказала, что они все сдохли. Спустя несколько лет мне популярно объяснили этот простой трюк, когда вместо твоих здоровых поросят подсовывают своих дохлых. Но тогда я поверила на слово и вернула деньги, надеюсь, что они пошли ей впрок. Это был еще один хороший урок для истребления моей природной наивности. Оставшиеся у меня живенькие и здоровенькие хрюшки стали быстро подрастать, к середине лета им стало тесно в сарае и они начали выходить во двор. Фанечку они больше не терроризировали, и она, отдохнувшая и отъевшаяся, важно бродила по двору со своим выводком.

Как я понимаю теперь, в тот день она решила показать своим детям красоту окружающей природы. И так как забор ставил все тот же горе-мастер – мой отец, то ей хватило легкой удали поддеть его пятаком, чтобы он сложился. И мои свиньи помчались на свободу в близлежащие посадки, по дороге активно роя пятаками землю, видно, в поисках трюфелей. Заметила я пропажу не сразу, но сразу же кинулась в погоню. Обежала все посадки, поцарапалась о ветки и оббила ноги о пеньки, но тщетно.

Вернулась домой вся в слезах от потери и обиды. Стало заходить солнце, я сидела на крыльце, жалея себя, и представьте, эти наглые рожи, как порядочные свиньи, счастливо похрюкивая, одна за другой продефилировали в свой сарай. Потом следующие сутки мы все дружно отсыпались.

Конечно же, на этом вылазки моих свинтусов не закончились, они стали делать их регулярно. Пока не пришла очередь расставаться с жизнью для Фанечки. Я проплакала целую неделю, ведь милее свинки не было на свете. Она очень любила, когда ее чешут за ушами, и своим резиновым пятачком просила об этом, тыкаясь в ладонь. Я часто сидела с ней в обнимку, когда жаловалась на ее шкодных сорванцов. Они перерыли все клумбы, весь огород. Да еще, если чем-то были недовольны, то кусались, вот прямо, как собаки, цапали за ноги. Фаниных деток уже никак не звали, и я была даже рада, когда их зарезали. Я очень устала бегать за свиньями.

А для моих козочек время пробежало, мне кажется, совсем незаметно. В детстве очень прыгучие и игручие малыши, они не отходили от своей мамки, пока та охраняла свою территорию (соседи уже старались не только обходить, но и обегать наш двор). Когда они немного подросли, то превратились в холеных и спокойных животных. Дарья стала козочкой-аристократкой! Так как она была комолая, и у нее не было рожек, то ей совсем не хотелось бодаться. Ее братишка, быстро поняв это, потерял к играм с ней всякий интерес. И нашел себе новое занятие. Каждое утро, выходя во двор, он разбегался и со всей дури бился рогами о стену дома. Поначалу это казалось забавным, пока мы не заметили, что неаккуратно нанесенная штукатурка стала сыпаться, а кирпичи в том месте начали расшатываться. Принято было решение в пользу стены, и его тоже не стало.

Бывало так, что обида захватывала мое нутро и прорывалась слезами. Тогда я шла к своим козочкам (у меня не было таких подруг, чтобы я могла им открыться) и они облизывали мои мокрые щеки. Не потому, что им было жалко меня, просто они любили соль. Однако в тот момент мне становилось легче! Конечно, это был самообман, но в их странных желтых глазах с горизонтальной коричневой полоской я находила больше тепла и понимания, чем у тех людей, которые меня окружали.

Так пролетело почти десять лет. С переменным успехом я работала в деревне, где осталась, в общем-то, не из-за скотины, а потому, что мне приходилось присматривать за двумя маленькими сестрами. Они выросли, окончили школу, не захотели заниматься хозяйством и перебрались учиться дальше в город. Пора и мне было двигаться вперед. Через несколько месяцев я узнала, что моих любимых козочек не стало, мать их пустила под нож. Идея с ковчегом показалась ей устаревшей, и желание возиться с хозяйством у нее пропало. После этого я еще долго не могла приезжать в деревню – слишком тяжело было видеть пустой двор, где были тебе раньше так рады. Быть может, когда я стану очень старой и меня окончательно накроет маразм, я снова заведу скотину. Ну а пока ко мне, наконец-то, пришло осознание, что я совсем не хозяйственный человек.

ЕЖИК НА ЛАДОШКЕ

Эта история произошла со мной совсем недавно, буквально прошлым летом. Покажется ли она вам необычной, решать не мне. Но случилось все именно так. Мне нужно было идти к стоматологу. Я думаю, что у многих встреча с этим врачом не вызывает бурной радости. Но делать было нечего.

И вот выхожу я, унылая, из подъезда, а навстречу миловидная женщина с коробкой в руках. Хорошо, говорит, что вы вышли. Странно, но я почему-то сразу придала ее словам определенное значение (просто не хотела, наверное, вспоминать о предстоящей процедуре). Я шла и думала – какие приятные слова. Понимаю, что она сказала их не потому, что была рада меня видеть, просто руки были заняты, чтобы самой дверь открыть, а тут я подвернулась. Однако мне ее слова подняли настроение, я шла и наслаждалась прелестью летнего дня, пестрящей зеленью вокруг извилистой дорожки, ярким солнышком, что играло на причудливых камнях.

И вдруг около дороги между камней я увидела маленький грязный колючий комочек. Трясущимися руками подняла его, повертела перед глазами. Это был ежик, такой маленький, что от силы занимал пол моей ладошки. Он еле дышал, но был еще жив. Увы, мне нужно было в назначенное время к врачу. Сначала я его несла в руках, а когда пришла в стоматологию, положила в сумку. В приемной мне пришлось немного подождать доктора, я открыла сумку и стала гладить зверька и разговаривать с ним, никого вокруг ни замечая. Когда меня вызвали на прием, и я подняла глаза, на лицах медсестер и других пациентов заметно было легкое недоумение: не попутала ли я клинику? Но это было неважно, ежик был все еще жив…

Зуб лечили целых два часа, и они показались мне очень долгими. Описывать даже не хочется, все мысли были лишь о неожиданной находке. Я понеслась домой, по дороге купив шприцы и ватные диски. Бегу, сломя голову, на ходу звоню мужу, говорю: так мол и так, нашла ежика. Скорее всего, его сбила машина, он очень маленький.

Ну вот мы и дома. Промыла ему мордочку, она была стесана, вся в крови и глазки залеплены грязью, накормила из шприца детским питанием. И зверек ожил! Каждый день капала в глазки, вставала, кормила его по ночам. И через пару недель мой маленький комочек превратился в грозного хищника, стал есть вареную курочку, не отказывался от молока и овощей. У нас осталась клетка от прошлого питомца-бурундука с деревянным домиком, и так как ежик был ночной житель, грохот по ночам стоял неимоверный.

Прошел месяц, наш новый друг набрал в весе, подрос до среднего ежа, и клетка стала для него мала. Ручным он так и не стал, до него было сложно дотронуться, он зловеще фыркал и отстреливался колючками. Мы решили его выпустить, хотя детки и очень горевали. Ведь мы совсем не хотели, чтобы с ним произошло еще что-нибудь ужасное (хотя происшествие, случившееся ранее, так и осталось для нас загадкой). Мы попросили знакомых выпустить питомца в лес, но они поселили его у себя в саду. Теперь у ежика есть свой дом-сад, и мы за него спокойны.

Конечно, та случайная женщина, встретившаяся мне вначале, никогда не узнает, что ее неожиданные слова благодарности спасли как минимум одну маленькую жизнь. Но все равно, говорите друг другу добрые слова, вы не станете от этого беднее, а кто-то обязательно станет счастливее и терпимее. И непременно спасет своего ежика…

_____________________________

Впервые в «Петровском мосте». А. Грохольская – член Союза российских писателей. Многодетная мать. Живет в Липецке




Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных