Чт, 26 Мая, 2022
Липецк: +12° $ 58.89 60.90

Олег Севрюков. Хмурое утро

16.04.2022 18:04:10
Олег Севрюков. Хмурое утро

Новелла

                            «…потому что в темноте гораздо удобнее

                            проклинать свою тёмную жизнь

                            или бессильно мириться с её роковыми,

                            убивающими благами…»

                            Александр Левитов, «Крым»

– Эх, Сашка, Сашка!.. – Левитов тяжело вздохнул и, оторвав взгляд от нечистого, невесть чем заставленного стола, посмотрел в окошко. Оно было вровень с землей, и чей-то огромный рыжий сапог, мелькнув, с силой разбрызгал небольшую лужицу прямо перед ним. От этого удара взлетела фонтаном коричневая жижа, пала пеленой на стекло и медленно стала опадать, разбиваясь на отдельные кривые струйки, пространство между которыми оставалось мутно. Струйки также медленно сползали вниз, вбок, меняли направление, иногда останавливались, порой быстро проскальзывали и исчезали. Но странно – каждая грязная капля оставляла на серой дряни стекла ясный, прозрачный след…

– Эх, Сашка, Сашка!.. – повторил Левитов. – Не так ли жизнь твоя, далекая от чистоты и света внешнего, расчистит внутренней своей сутью дорожку для кого-нибудь в этом мирском хламе?

От этой мысли Левитову стало как будто легче, теплее, что ли, внутри, хотя в ночлежке тепла было ровно столько, сколько и на осенней московской улице. Перестало стучать в висках, озноб похмельный куда-то пропал, захотелось чаю.

Напившись, Левитов поплотнее завернулся в пальто. Поудобнее устроился на продавленном стуле. Снова сначала закружились, а потом построились и потянулись по своим, неведомым человеку законам, мысли. Неторопливые – как те длинные, бесконечные дороги, по которым он шел когда-то. К ближнему ли, дальнему ли – но свету. Да, тьма обнимала жизнь его, колыхалась туманно, всасывала внутрь, перетирала. И выплевывала уже другого.

«А кто знает – другого ли? – вдруг подумалось ему. – Может быть, это белые всполохи сухих степных молний выхватывали меня на миг из этой тьмы-тьмущей, озаряли все вокруг такой ясью, что виделась жизнь не только позади прошедшая, но и впереди идущая? И ведь удалось кое-что! Прозрел, прозрел другими не знаемое, уложил в свои очерки! Да так, что хватали они за душу не только меня самого, но и других людей, поболе и повыше. И чином, и рангом, и талантом. Шли заметы сердца моего охотно в журналы толстые и тонкие, всякие к ним приложения… Платили, правда…» – Левитов поморщился, еще плотнее запахнул пальто. – Недавно в редакции какого-то «Вестника…» сунули ему небрежно три рубля. На лестнице. Пообещали еще взять очерк да заплатить как следует. Через неделю.

Через неделю Левитов до редакции не дошел. На эти три рубля он «пожил хорошо»!.. Ладно еще, что в игру с приятелями, невесть откуда взявшимися, не ввязался. А то бы совсем унесло незнамо куда. Потому-то и пальто уцелело! А когда через недели полторы вошел в знакомый подъезд – ни редакции тебе, ни журнала. Так, одна табличка кособокая висит на гвоздике, покачивается. Когда дверь подъезда откроет кто. И куда подевались – никто не ведает. Ну, да Бог с ними! Не они первые, не они последние…

– Не горюй, Сашка! – говорит сам себе Левитов. – Вот оклемаюсь маленько да и пойду. Домой. По дороге своей степной, хоженой. Но не сейчас – осень, зима – холодно, сыро. Грязь невпролаз… А по весне – хорошо! Как подсохнет чуток, так и двинусь.

А как это время перекуковать – не ведаю. Можно, конечно, сложить все написанное и сделать книжку новую. Ну, добавить кое-что. Переписать некоторое. Да кто издать возьмется? Расписывать горе людское сейчас модно – сколько их, плачущих да рыдающих вокруг! И все норовят припечатать подлость человеческую. Да так, чтоб и денежку срезать, и в неблагонадежные не попасть.

«Суета сует и всяческая суета…»

Мысли Левитова будто уткнулись во что-то. Затрепыхались, как рыба на перекате, когда поднимается она вверх по реке. Стараясь как можно быстрее перескочить каменный гребень, через который переваливает с шумом и пеной водяной вал. Чтобы там, за перекатом, найти тихое местечко и, выпростав икру, обессилеть, и уже не бороться, не ведая, что своя жизнь уже отдана потомству…

«Потомству! – криво усмехнулся Левитов. – А что я оставлю этому так называемому потомству? Мою жизнь в ссылке, о которой и вспоминать тошно, не то что рассказывать? Лопнула тогда какая-то внутренняя струна, дававшая чистый и верный звук настрою души моей!.. Правда, стянул я кое-как ее концы, зазвучала она вновь! Ведь иначе не смог бы я сделать даже и того малого, что успел. Но шли от этой струны звуки все больше горестные, до злобы иногда. А так хотелось чистого, ангельского звучания; чтобы заплакали – нет, не люди, природа чтоб зарыдала, залилась слезами, – но не скорби, а умиления и благости!.. И ведь прорывались порой эти самые светлые, нежные, еле слышимые, но оттого и ощутительно ясные звуки сквозь лязг и чавканье тяжело ворочающейся тупой и жадной жизни. Погрязшей в бессмысленности и безнадеге. Вытряхивающей из душ человеческих последние капли добра и света!..»

Левитов задрожал в ознобе, оскалился зло и с ненавистью обвел взглядом приют свой ночлежный. Не раз, не раз он уже живописал эти углы, смрадные и мерзкие. И что добавить-то? Нечего. Да и не нужно. Где вот увидать бы свет неземной, надежды лучик, самый крохотный хотя бы, ухватиться за него и пойти, пойти туда, откуда светит он немеркнуще?..

Голова болела и кружилась. Левитов встал со стула, покачиваясь, подошел к окошку. Прижался лбом к холодному стеклу.

За окном вставало что-то мутное, серое. Хмурое.

Утро…

Вместо послесловия. В прошлом номере «Петровского моста» мы подвели некоторые итоги первого Всероссийского литературного конкурса имени Александра Левитова, известного в свое время писателя-народника. Как отмечала во вступительной статье учредитель конкурса Анна Харланова, он, помимо прочего, ставил своей задачей пробудить новый интерес к творчеству литератора-земляка. Как оказалось, новый интерес возник не только к творчеству, но и к личности А.И. Левитова, его нелегкой судьбе, драматичному жизненному пути. Подтверждением тому – публикуемая новелла постоянного автора журнала О. Севрюкова.

Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных